Суверенитет – это про взрослость: почему Украине нельзя диктовать своих героев

Орденогейт, который всколыхнул и без того непростые польско-украинские отношения, нуждается не в эмоциях (которые зашкаливают по обе стороны границы), а в трезвой и стратегической рефлексии.

Во-первых, полякам и всем нашим друзьям, союзникам, партнерам и врагам нужно принять как аксиому: независимость, за которую мы ежедневно платим столь высокую цену, проявляется, в частности, и в праве самим определять своих героев. Самым называть свои улицы и площади. Самим ставить и демонтировать памятники. Самим придавать почетные наименования воинским частям, университетам, больницам, театрам, музеям и т.д.

Ни у россиян, ни у поляков, ни у американцев, ни у израильтян здесь нет и не может быть права вето. Ибо это одно из проявлений нашего суверенитета, право на который мы ежедневно доказываем на поле боя. Точка.

Я не раз писал, что Степан Бандера – не мой герой, и я предпочел бы, чтобы в Украине было больше улиц Митрополита Андрея Шептицкого, Патриарха Иосифа Слипого, Василия Стуса, Бориса Антоненко-Давыдовича, Ивана Светличного, Евгения Сверстюка, Блаженнейшего Любомы. Потому что для меня этика была, есть и будет важнее айдентики. Потому что, как говорил великий сын Украины, "зло, сказанное под украинским флагом и украинским языком, остается злом".

Но! Я глубоко убежден, что ни русские, ни поляки, ни кто-либо другой, кто не считает себя украинцем, не имеет права голоса в нашей национальной дискуссии о пантеоне украинских героев и месте каждого великого украинца в нем. Поэтому поступок Кароля Навроцкого позорный, недальновидный и является свидетельством того, что Польша до сих пор страдает теми же фантомными имперскими болями, что и Россия. И вместо лечить исторические раны, президент Навроцкий предпочитает их раздражать. Дух Романа Дмовского снова берет верх над духом Ежи Гедройца. К сожалению...

Но это не повод уподобляться части поляков, которая копает себе яму в (псевдо-)патриотической горячке. Право самим определять своих героев, самим называть свои улицы и площади, самим ставить и демонтировать памятники, самим давать почетные наименования воинским частям, университетам, больницам, театрам, музеям и т.п. – это также и ответственность. Ответственность перед собственной историей и будущим.

Суверентие для взрослых. А взрослые должны руководствоваться холодным умом и просчитывать последствия своих поступков. Потому что мы становимся заложниками тех символов, которые глорифицируем. Трудно бороться за достоинство, свободу и правовластие, сакрализуя организацию и ее лидеров, которые исповедовали революционную целесообразность и ставили целью построение "авторитарной, тоталитарной", однопартийной и моноэтнической Украины с пожизненным лидером во главе.

Тимоти Снайдер правильно расставил акценты:

"Для меня украинская ошибка заключается не только в том, что она обижает поляков. Прежде всего не следует связывать нынешнюю войну со Второй мировой войной и с УПА. Это неправильный урок для самих украинцев. Об УПА можно сказать многое, но лучше было бы сосредоточиться на нынешней войне и именно эту войну трактовать как источник украинских символов и памяти. Конечно, именно украинцы воюют, и это их суверенный выбор, но нынешняя война морально проще. Её можно политически выиграть, а войну за память выиграть невозможно, потому что память чрезвычайно сложна, и не все украинцы осознают, насколько".

И первые, и вторые "освободительные соревнования" в ХХ веке поделили украинцев на два лагеря. Маланюк воевал за УНР, а Волновой верой и правдой служил советской идее в кровавом ЧК. Самый результативный пилот-истребитель Антигитлеровской коалиции за все время Второй мировой войны – украинец Иван Кожедуб, маршал авиации СССР, депутат Верховного Совета СССР 2–5-го созывов – герой-освободитель Украины или советский оккупант? Нет однозначных ответов на эти трагические вопросы украинской истории.

Но, наконец, война за независимость свела всех украинцев по одну сторону баррикад. Наконец, все, кто считает себя украинцем, не сомневаются, по какую сторону фронта они должны биться. Более того, собственно украинскость сейчас определяется не языком, не верой, не портретом Бандеры на стене, а участием в обороне Украины.

И поэтому меня удивляет, почему бы не называть воинские части, музеи, театры, школы, улицы и площади именами современных героев? Ведь именно они имеют право стать общенациональными символами, которые объединяют, а не разделяют украинство. Более того, они – первое поколение украинских героев, которые не проиграли свою войну за независимость Украины. Сейчас это десятки тысяч имен тех, кто отдал свою жизнь за свободу и независимость, за право самим определять свою судьбу. В конце концов, в отличие от героев прошлого, они все – граждане Украины, которые защищали свое государство, а не пытались уничтожить то, гражданами которого были. И они уничтожали захватчиков-россиян, а не других украинцев…

Суверенитет – это про взрослость. А не про "дзеркалення" стратегических ошибок наших друзей и врагов.