Деньги и оружие будут давать – лишь бы бессмертные герои собой останавливали орду

"Для НАТО невыгодно прекращение войны в Украине".

Это откровение генсека Рютте является квинтэссенцией всего того, что я неоднократно выражал последние полгода: целью разумного Запада является капсулизировать войну на нашей территории и наших кладбищах, раз уж Украина отказалась уступать и так утраченные, по западным оценкам, территории. Выбор долговечной войны, по мнению Запада, наш добровольный выбор после отклонения трамповой формулы прекращения войны. Соответственно: деньги и оружие будут давать – лишь бы бессмертные герои собой останавливали орду и принимали весь ее удар на себя, пока более умные и прагматические в плановом порядке подлатают свои оборонные бюджеты и укрепят свою оборонку до такого уровня, который сделает невозможным дальнейшую инвазию россии.

Такова голая логика всех сторон. Там никогда не было, нет и не будет их детей. И этим все сказано.

Когда все стороны уже обнажили свои позиции – остается непостижимым: а чего пузырь так недовольно булькал на слова Марии Берлинской о том, что "все женщины и все от 18 лет будут мобилизованы". Ну, а чего вы хотели? Взгляните на социологию, в которой первые строки стабильно занимает высоколиквидная мечта о "границах 1991 года", "выводе российских войск из всех оккупированных территорий", "капитуляция и распад россии" и т.д. Все же просто: кто устанавливает ультимативно-высшие планки требований к окончанию войны, кто утверждает и исповедует максималистские нарративы, тот должен лично принять участие в реализации своих пожеланий и супервысокую позицию подкрепить непосредственным посвящением.

Все же против переговоров. Все-таки против уступок. Все-таки против компромиссных выходов из войны. Все же против поисков хоть каких-то вариантов, потому что ни один вариант, видите ли, не устраивает. Все же категоричны, несокрушимы и до конца. Соответственно: кто устанавливает самую высокую планку – тот уже должен разминать мышцы для прыжка.

Тупик – это когда глупы еще и зависимы. Люди верят в чужую правду в основном потому, что боятся собственной.