Последние заявления Дмитрия Медведева могут показаться очередным набором агрессивных, противоречивых и откровенно хамских высказываний. Но если сложить их вместе, вырисовывается вполне последовательная информационная конструкция, которую кремль сегодня предлагает российскому обществу.
Ее основные элементы таковы: мобилизации вроде бы не будет, людей для войны хватает, россию можно "спасти" только победой, экономические проблемы объясняются внешним давлением, Европу нужно ненавидеть, Украину – дегуманизировать, а США – обвинять в вмешательстве в чужие дела.
Начнем с мобилизации.
28 июля Медведев заявил, что в течение первых шести месяцев 2026 года контракт по минобороны России заключили около 200 тысяч человек, а еще примерно 16 тысяч записались в так называемые добровольческие формирования. На этом основании он назвал сообщение о возможной новой мобилизации "ложью врага".
Однако эти цифры исходят исключительно от российских властей и не имеют независимого подтверждения. По данным, полученным в результате анализа бюджетных выплат, в первом квартале 2026 года контракт подписали около 71 тысячи человек. Это самый низкий показатель за последние три года.
Темпы набора оценивались примерно в 800-1000 человек в сутки. Западные разведки в то же время оценивают текущие российские потери примерно в 30 тысяч убитых и раненых ежемесячно, в то время как объемы набора составляют около 25-31 тысяч человек. То есть, речь идет не о формировании значительного резерва, а преимущественно о компенсации текущих потерь.
Поэтому формально Медведев может быть прав только в одном: решение об открытой всеобщей мобилизации пока не принято. Но это совсем не означает, что в России нет скрытой мобилизации.
Россия продолжает покупать человеческий ресурс с помощью огромных единовременных выплат, вербовки студентов, рекламирование якобы "безопасной" службы в подразделениях беспилотных систем, привлечения резервистов и постоянного расширения контрактной кампании. Фактически это мобилизация, только растянутая во времени и замаскированная под якобы добровольное решение гражданина.
К тому же 18-20 сентября 2026 года в России должны пройти выборы в государственную думу. В преддверии выборов кремлю политически невыгодно официально объявлять новую волну мобилизации и провоцировать панику среди населения.
Поэтому сегодняшнее возражение Медведева – это, прежде всего, политическое успокоение избирателей, а не гарантия того, что мобилизационные решения не будут приняты позже.
Не менее показателен тезис Медведева о том, что "сохранить россию" можно лишь победой в так называемой "СВО". Фактически это признание того, что кремлевский режим сам привязал свою политическую выживаемость к исходу войны. Война для него уже не только инструмент внешней политики. Она стала основой внутренней легитимности режима, оправданием репрессий, милитаризации, цензуры, экономических ограничений и понижения уровня жизни.
Вот почему кремль не может просто остановиться. Завершение войны без результата, который можно было бы продать россиянам в качестве "победы", неизбежно вызвало бы вопрос: ради чего погибли сотни тысяч человек, были потрачены триллионы рублей, а страна оказалась в международной изоляции?
Характерна и оговорка Медведева о том, что россия "особо испытывается на прочность в экономическом плане". Экономика России пока не находится в состоянии обвала, но признаки ее системного истощения становятся все более очевидными.
Центральный банк россии снизил прогноз экономического роста на 2026 год до 0-1%, ожидает инфляцию на уровне 6-7% и вынужден удерживать ключевую ставку на чрезвычайно высоком уровне – 14%.
За первое полугодие дефицит федерального бюджета достиг 5,73 трлн. рублей, или примерно 2,5% ВВП.
Даже ожидаемый рост нефтегазовых доходов в июле не меняет общую картину. По предварительным оценкам, в январе-июле они будут оставаться примерно на 11% ниже, чем за аналогичный период прошлого года.
Военные расходы, выплаты контрактникам и семьям погибших все сильнее давят не только на федеральный, но и на региональные бюджеты.
То есть кремль уже готовит население к простому мнению: экономические трудности являются не следствием войны, начатой путиным, а результатом того, что якобы "враги испытывают Россию". Ответственность снова переводится с самого агрессора во внешний мир.
Особенно откровенно Медведев высказался о возможном ограничении въезда в ЕС для российских военнослужащих, участвовавших в войне против Украины. Он фактически заявил, что ненависть миллионов россиян ко всему европейскому – это именно то, что нужно России.
При этом решение ЕС не направлено против всех россиян по этническому признаку. Принятый 21-й пакет санкций создает юридическую основу для введения визовых ограничений в отношении военнослужащих и бывших военнослужащих России, а также представителей подконтрольных ей формирований, непосредственно участвовавших в войне против Украины. Окончательное решение о вступлении в силу запрета еще предстоит принять Совет ЕС.
Медведев, однако, даже не пытается защищать право россиян на контакты с Европой. Напротив, он открыто приветствует будущую изоляцию, поскольку она помогает кремлю формировать закрытое, озлобленное и управляемое общество, которое будет десятилетиями жить в атмосфере "осажденной крепости".
Оскорбительная реакция Медведева на резкое заявление Михаила Драпатого выполняет ту же функцию. Независимо от того, как оценивать корректность формулировок украинского военачальника, ответ заместителя председателя совета безопасности России не содержал ни одного аргумента – лишь нецензурные оскорбления, дегуманизацию и традиционные обвинения Украины в "нацизме".
И, наконец, заявление о том, что США якобы "не имеют права решать за других" и должны сначала разобраться с проблемами в собственной стране. Это классическое кремлевское зеркальное обвинение.
Именно Россия считает, что имеет право определять внешнеполитический курс Украины, отрицать существование украинской нации, силой изменять международно признанные границы и решать, какие государства могут вступать в международные союзы.
Заявление Медведева прозвучало 5 июля, когда он комментировал 250-летие независимости США.
Потому последние выступления Медведева – это не просто очередная словесная истерика бывшего российского президента. Это концентрированное изложение того, к чему кремль готовит россиян:
Медведев только озвучивает это более грубо и откровенно, чем другие представители российского режима.
Главное же содержание его заявлений можно сформулировать совсем просто: путинский режим уже не знает, как спасти россию от последствий войны, поэтому пытается убедить россиян, что спасти ее можно только продолжением этой войны.