Четкое понимание Европой того, каким должно быть место Украины в системе безопасности континента после завершения войны с Россией может повлиять не только на будущее Киева, но и на геополитическое будущее самого Брюсселя, и на весь спектр тношений между ЕС и США.
Нынешняя Мюнхенская конференция безопасности вызвала у организаторов вполне оправданную тревогу. После прошлогодних откровенно антиевропейских тирад, озвученных вице-президентом США Венсом, циркулировали близкие к уверенности подозрения, что трансатлантическая конфронтация может покатиться и дальше. Это отразило даже название традиционного доклада перед конференцией, которая в этом году называлась "Under Destruction" – "В процессе уничтожения". Так составители характеризовали, в основном, внешнеполитический вектор действующей администрации США.
Какую роль готовит себе Украина
Но если Европа подошла к разговору в растерянном состоянии, то Украина приехала в Мюнхен с относительно новой, а если и не новой – то по-новому сформулированной концепцией. Которая заключалась в том, что как делегация от украинского МИДа, так и действующий президент предприняли попытку переформатировать коммуникационный нарратив с европейскими партнерами.
Они пытались описать отношения Украины с ЕС не как просьбу о помощи, подкрепленную моральными и геополитическими резонами, как это делалось до сих пор. Украинские чиновники пытались представить нашу страну как предполагаемого "провайдера безопасности" на континенте. В котором Европа срочно нуждается после тектонических изменений во внешнеполитической стратегии США
В частности, глава украинского МИД Андрей Сибига с самого начала мероприятия, еще в процессе открытия "Украинского дома" этого года попытался сосредоточить внимание именно на этом моменте.
"Аутсорсинг безопасности для Европы закончился. Пора строить внутреннюю силу. И это возможно только с Украиной как неотъемлемой частью новой европейской архитектуры безопасности", – отметил он.
Этот же тезис, пусть и другими словами, продвигал и президент Зеленский.
"Мы должны иметь способность давать сильные ответы на угрозы. И вот почему мы говорим об общей европейской оборонной политике... вот почему Европа нуждается в Украине. Украинская армия – самая сильная армия в Европе благодаря нашим героям. И это просто глупо, я думаю, – держать эту армию вне НАТО", – сказал Зеленский.
Такое внешнеполитическое новшество, очевидно, стало результатом определенной миграции центра принятия решений в украинском политикуме. Взамен традиционно неудачным попыткам закулисных договоренностей, которые практиковал предыдущий глава президентского офиса Андрей Ермак, сейчас решения принимаются в сотрудничестве между Банковой и МИД, что привело как минимум к разнообразию подходов и периодических изменений в риторике.
К примеру, если в Давосе Зеленский достаточно жестко критиковал Европу, то в Мюнхене следует отдать должное, он перешел к деловым предложениям. Кто знает, сработают ли эти предложения – но шансов на это заметно больше, чем в давосских громких репликах.
Стратегический выбор Брюсселя
Безусловно, Европа нуждается в новой архитектуре безопасности. Ибо хотя из США на нынешнюю конференцию вместо токсического Венса приехал глава Госдепа Рубио, наговоривший европейцам комплиментов и тезисов о "нерушимой связи", суть его послания не сильно отличалась от того, что сказал вице-президент США. Вашингтон в своей политике сейчас руководствуется интересами, а не ценностями. Под "интересами", кстати, понимаются скорее интересы администрации Трампа, а не США и их союзников, если что. В конце концов, тот факт, что после "примирительной" речи в Мюнхене Рубио поехал подбадривать лидеров Словакии и Венгрии, многое говорит о дальнейших планах США по отношениям с ЕС.
Сработает ли попытка Зеленского и МИД подать Украину как решение проблем Европы, а не одну из причин? Сказать сложно, особенно если смотреть на это с жестко рациональной и прагматичной точки зрения. Поскольку, с одной стороны, закаленная в боях армия, технологические ноу-хау и готовность жестко, несмотря на человеческие или экономические потери, противостоять России – это безусловные преимущества. Сочетанием которых не может похвастаться никто другой в Европе.
Но и слабости такого "безопасного бизнес-предложения" Украины очевидны. Во-первых, Киев в роли провайдера европейской безопасности требует очень больших авансов для начала своей работы.
Как чисто финансовых – в виде колоссальных инвестиций в восстановление разрушенной войной страны, так и политических – в виде турбо-режима с предоставлением членства в ЕС. Особенно с той системой власти, которая существует и, похоже, делает немало для того, чтобы сохранить себя в нынешнем виде.
Впрочем, как Украина обречена на соседство с Россией, так и Европа обречена на соседство с нами. И Брюсселю приходится выбирать между двумя альтернативами. Первая будет заключаться в продолжении поддержки Украины, несмотря на попытки Трампа "дожать" мир на выгодных для России условиях. С будущим дорогостоящим и затратным строительством восточного форпоста европейской цивилизации в Украине. Вместо этого можно согласиться с политической линией США, "дожать" Зеленского на немедленный мир – и получить на границе страну с катастрофической экономикой и демографией, с неопределенной геополитической траекторией и сложнопрогнозируемым будущим, за создание которой президент Трамп получит свою Нобелевскую премию мира. Будем надеяться, что Европа сделает верный выбор.